Maskit – ещё один ребенок в моей жизни | Интервью с дизайнером Шарон Таль

Брендом С Maskit И Его Удивительной Историей Я Знакомила Вас Весной, Во Время TLV Fashion Week . Мне очень хотелось познакомить вас с дизайнером обновленного легендарного Дома моды. И, наконец, наша встреча состоялась. Уютном Красивом И В Доме Моды Maskit В Старом Яффо Мы Беседуем С Шарон Таль О Модном Образовании И Опыте, Амбициях И Скромности, О Выборе, Который Делаем В Своей Жизни. Шарон излучает умиротворение и спокойствие человека, счастливого в реализации своего предназначения. Ё голос ровный, глаза загораются, когда она говорит о том, какое наследие ей досталось и какие планы впереди.

фото Идо Ицак

АА: Хочется начать сначала: что послужило толчком к выбору профессии? Была ли в детстве другая мечта?

ШТ: Не было особых планов или мечтаний. Все случилось вдруг, случайно. Моя мама работала у Гидеона Оберзона, а дома шила нам. Я привыкла, что мама шьёт. Хотела стать общим дизайнером, но первый экзамен определил мою судьбу – я поступила на факультет дизайна моды.

АА: Шенкар? Как там? За что благодарите преподавателей? И чего не хватало, когда стояли на пороге во взрослую жизнь?

ШТ: Это очень важная ступень. Я всему научилась в Шенкар. А не хватало – скорости, в колледже мы могли делать одну вещь 4 месяца, но так нельзя!

АА: Работа в Европе – это опыт? Или переработка человеческого материала, соковыжималка?

ШТ: Это не соковыжималка. Это возможность. Это шанс показать себя. В одном отделе большого европейского бренда работает около 25-ти стажеров. Им не платят, это просто разорило бы бренд. Но для них – это огромная возможность учиться.

фото Амит Гошер

АА: Как выглядело бы Ваше будущее, если бы не было европейского опыта?

ШТ: Я бы не подняла Maskit. Я бы просто работала на  какой-нибудь масс-маркет.

АА: Вернуть Maskit на рынок – смелая идея. Много ресурса нужно для этого. Почему не использовали этот ресурс на свой собственный бренд?

ШТ: Я никогда даже не рассматривала эту опцию. У меня нет такого тщеславия.

фото Рон Кедми

АА: Когда-то Maskit был государственным предприятием. А кому сегодня принадлежит торговая марка? И компания в целом?

ШТ: В 1978 году эта фирма перестала быть государственной, перешла в руки частного владельца, а в 1994 – разорилась. Мой муж Нир и Стеф Вертхаймер в 2013 году открыли компанию заново, адвокаты помогли выкупить имя Maskit. (Примечательно, что компанией Chanel тоже владеет семья Вертхаймер – но они никакого отношения не имеют к владельцу Maskit. Просто забавное совпадение)

АА: Говорят, ваша первая встреча с основательницей бренда, Рут Даян, затянулась на шесть часов. О чем вы говорили тогда? Это были ее воспоминания? Или Ваши идеи?

ШТ: На первой встрече я просто сидела, закрыв рот. Рут вспоминала и вспоминала. Она рассказывала мне, как все начиналось. Она невероятная! Очень породистая, благородная женщина. Она счастлива сегодня.

АА: Какая функция Рут Даян в обновленном Maskit? Вы часто видитесь?

ШТ: Нет. Она очень пожилой человек. Живет в Тель Авиве. Но она – наша часть, часть Maskit, его душа, наша  поддержка.

АА: Что ждет Maskit в будущем? Что нужно сделать, чтоб вернуть былую известность?

ШТ: Последние два года мы работаем с американским рынком, налаживаем дистрибьюцию в Нью Йорк и в другие города. Есть много клиентов в США. Развиваем онлайн продажи. Да и здесь, в Израиле работа не стоит на месте. Но стратегия не совсем четкая, трудно заглянуть далеко вперёд.

АА: Вы в Maskit это только творчество? Или стратегию развития тоже взяли на себя?

ШТ: У нас маленький коллектив, мы исполняем разные функции. Я занимаюсь творчеством, но присутствую на всех совещаниях и переговорах. А иногда даже могу выйти в торговый зал и работать с покупателями.

фото Томер Бен Ави

АА: Груз ответственности давит на плечи – в Ваших руках модное наследие всей страны. Как снимаете напряжение?

ШТ: Я не помню, когда я за последние четыре года была расслаблена.  Maskit –  это еще один ребенок в моей жизни.

фото Джони Бейкер

АА: На показе я видела Вашего супруга со списками гостей. Он много помогает Вам? Это любовь к моде? Или благодарность за то, что Вы оставили европейскую карьеру.

ШТ: Он просто предприниматель, и относится к этому бизнесу, как к стартапу, обеспечивая возможность развивать и содержать бренд.

АА: Раскажите о Maskit. Кто создавал вещи до Вас? И как все происходит теперь?

ШТ: Фини Лейтерсдорф, Гидеон Оберзон, разные израильские дизайнеры работали в свое время над коллекциями.

Сегодня мы придерживаемся определённых рамок, из-за небольшого производства, сами регулируем тиражи, иногда создаем отдельные модели вне коллекций, когда клиенты просят что-то новенькое. Для отдельных клиентов мы работаем как ателье.

Шарон Таль позволила задать несколько вопросов «главным рукам и глазам» Maskit, руководителю студии, Юлии Ерусалимской. Я позволила себе ненадолго отвлечь Юлию от важных дел и задала всего несколько вопросов.

АА: Как Вам наследие, оставленное Maskit с прежних времен?Трудно было уловить этот почерк? Его ДНК?

ЮЕ: Легко, в самом деле, легко. Я подстраивающийся человек. Ни одного дня я не занималась не своим делом. Эту работу я знаю от и до… Помогла школа страны исхода и мой динамичный характер. Глубже и глубже вникая в историю бренда, понимаешь, что причастился…

Иногда бывает трудно – приходится быстро соображать.

АА: Работа конструктора очень интересна, но не лишена рутины. Как Вы с ней боретесь?

ЮЕ: Никак не борюсь. Могу физически устать, но морально – никогда. Я одинаково люблю и процесс и результат своей работы. Я на своем месте, мне интересно и комфортно в Maskit.

фото Джони Бейкер

АА: Что здесь, на рабочем месте заставляет гореть Ваши глаза?

Ю:: Самостоятельность, возможность принятия решений, новые технологические приемы, которые рождаются и воплощаются в изделиях. Как результат – получаются очень красивые вещи.

Мне нравится наставничество, ведь ремесло умирает, и нужно готовить новых мастеров. Я хочу делать это здесь.

 

Angela Angel
Angela Angel

Fashion редактор