Феликс Штейн: Творец или Искатель? | Разговор в учебном классе

Школе профессионального макияжа Felix Shtein исполнилось двадцать лет с момента основания! Это знаковое событие для нашей маленькой страны и в целом для мировой индустрии визажа.

За это время, учебное заведение заслуженно получило статус ведущей профильной школы Израиля. Важно отметить, что она была среди первых русскоязычных в Европе, получивших лицензию на преподавание.

Мы встретились с Феликсом Штейном после празднования этой весомой даты, которое прошло в невероятно теплой и особенной атмосфере, в стенах школы. Наша встреча из интервью превратилась в очень глубокий и содержательный разговор о мастерстве и наставничестве, о призвании и победах, о пытливости и миссии Искателя.

фото Natia Dundua

АА: Многие представители профессий из индустрии моды и услуг для артистов и знаменитостей сегодня успешно работают с обыкновенными людьми, исключение составляют, пожалуй, парикмахеры… профессия цирюльника известна с давних времен, редко кто решится сам постричься и покраситься.

Чем это обусловлено?

Зачем простой медсестре или инженеру может понадобиться стилист или визажист?

Люди хотят быть похожими на селебов?

фото Natia Dundua

ФШ: Да. С развитием кино и телевидения, с начала 20 века, люди хотят прикоснуться к миру прекрасного. Да, они хотят быть звездами, принцессами… Ведь девочка мечтает о свадьбе с 10 лет, она еще не знает, каким будет ее муж, но все знает о том, какой будет она в этот день. Мы воссоздаем эту иллюзию… В СССР выбора не было. Дефицит. А теперь люди получают информацию и в этой информации говорится, что можно пригласить визажиста или стилиста. А цель специалиста –подобрать нужный образ, правильный продукт, и  научить клиента пользоваться этими знаниями, косметикой.

АА: Когда ты, как Мастер стал Учителем? И как долго длился процесс обладания этим статусом?

Ты согласен, что не каждый Мастер может учить других? И не каждый хочет, ведь так?

ФШ: Одни могут, другие нет. Это дается свыше. Но нужно уметь научить клиента, визажист должен быть учителем для своего клиента. Нет смысла «делать» визажистов ради визажа. Он должен уметь учить.

фото Natia Dundua

АА: Расскажи о школе. Ей 20 лет, страшные цифры! Она всегда была такой? Со своим местом, материально технической базой, коллективом преподавателей, программами… С чего она началась?

ФШ: Вначале я был один. Началась школа случайно, как и многое в моей жизни. Сначала я создал теоретическую базу. Собрал все знания что имел, и свой опыт.

Опыт нарабатывал,  после собственной учебы я поставил для себя цель –  ни дня без макияжа, а в выходные по 50 мейк-апов. Я делал за деньги и бесплатно. Боди арт и грим, мейк, праздничный и фешн. До сих пор иногда работаю TFP.

фото Natia Dundua

АА:  Это блокчейн?

ФШ: Да,  “time for prints”имеет смысл только, когда все звенья цепочки равны.

Взаимный интерес обязателен.

Итак, я прописал программу обучения, она была одна. Я пошел в театр Игоря Мушкатина, и отрабатывал свою программу на практике. Я до сих пор как губка вбираю новые техники и приемы преподавания. Сегодня у нас уже есть и экраны, и компьютерные программы для обучения.

АА: Я помню, как мы учили студентов на бумажных лицах рисовать.

ФШ: Да! Кстати, фейс-чарты возвращаются. Это визажисты давно переняли у фешн дизайнеров. Для начала – это нужно, чтоб визажист почувствовал лицо.

фото Natia Dundua

Для развития школы я давал рекламу в журналах, оформлял подиумные показы, работал на дискотеках, через эти мероприятия я продвигал свое обучение.

Я жадный до работы. Часто был готов участвовать в мероприятиях значимых, но бесплатно, за пиар. Мне наплевать на собственную усталость, я не могу без работы.

Меня заметили и однажды компания «Липс косметикс» предложили поучаствовать в таком мероприятии, а я им сделал встречное предложение – утром вы учите своих студентов косметике, а вечером учим макияжу со мной. Так началась реализация моей учебной программы на регулярной основе.

Потом ястал работать  сам.

Я продолжал приходить и делать по 50 мейков  на дискотеках, раздавая визитки и флаеры.

Меня заметили люди из FashionTV, и предложили делать мейк-ап на показах.

фото Natia Dundua

Вот почему в нашей стране такой странный глянец? До прошлого года у меня лично было ощущение, что Израиль отстает по потребностям.  Израильские визажисты приходили изучать салонный, свадебный макияж. Мне было обидно. Ведь я могу научить и рекламным техникам и фешн, а салонным – в том числе…

Но в прошлом году меня позвали быть гостем на чемпионате по аквагриму, я ничего особенного не ждал…  Но то, что я увидел!!! О!!! Я увидел горящие глаза. Свершилось! Когда я вижу горящие глаза… я готов отдавать все, что знаю и умею.

АА: В Израиле много визажистов, об этой профессии мечтают девушки, но конкуренция – высокая. Вы учите продавать свои услуги? Есть раздел маркетинга в программе курсов?

ФШ: Это было всегда! Обязательный урок маркетинга всегда был в школе. Сейчас скажу о грустном: Раньше – поиск себя, работа с фотографами, новые техники – быть художником – все это тебя продвигало. А теперь достаточно быть социально активным человеком, иметь сотни тысяч подписчиков в инста… и это уже преимущество. Да, теперь продвигают соцсети. Нужно быть современным.  Но количество подписчиков – не главное. Вот визажисты мирового уровня – Алекс Бокс,  Кабуки, Рошар,  – у них не так много подписчиков. Но они активны и многогранны.

фото Natia Dundua

Многие визажисты с большим опытом – законсервированы, они не ищут, не получают информацию, боятся выходить из зоны комфорта.

Знаешь как определить топового визажиста? И отличить его от популярного? Когда он уйдет в мир иной, как долго его образы будут будоражить умы???

Я стоял у истоков креативного макияжа – это то, что цепляет!

фото Natia Dundua

Еще наши студенты изучают историю моды, плюс историю макияжа, они пишут рефераты о гуру визажа, принта, дизайна, о тех, кто дал в мейкап ооочень много. Наши выпускники  отличаются от выпускников других школ. Они многогранно подготовлены.

И очень много дает практика – во время обучения студенты проходят практику в студиях у фотографов, в модельных агентствах, в театре. Знакомятся там с потенциальными работодателями, заказчиками и партнерами. И, став выпускниками, они приходят в эти места, где их уже знают, так им легче найти работу, ведь они пришли не "с улицы".

фото Natia Dundua

АА: Если уж тронули слово «конкуренция» – много ли школ макияжа в Израиле? Как вы сосуществуете на такой маленькой территории?  Сотрудничаете? Или – «моя хата с краю»?

ФШ: С некоторыми – сотрудничаем, я даю мастер классы, консультирую, в министерстве труда я помогаю прописывать программы для всех школ. Мы единственные, кто преподает на русском языке, кроме иврита.

АА: Какие программы курсов есть у вас? Чем школа отличается от других?

ФШ: Курс профессионального макияжа: 8 месяцев. На курсе студенты получают большой подарок из инструментов и материалов, это чемодан на 64 предмета .

Мы разделили этот курс на две части: Basic и Beauty. Basic – это свадебный, лифтинг, дневной, все формы глаз. Beauty – это обучение коррекции лица, изучение макияжа разных эпох, отработка сложных техник.

Мы создали свои продукты – мне не хватало текстур, иногда цвета, нужны были продукты для работы с камерой. Я создал новые пигменты, таких ни у кого нет. Это пришло от моих потребностей – я не всегда мог найти то, что мне нужно у компаний профессиональной косметики.

Вся наша линейка косметики производится в Израиле, а кисточки в Японии.

Есть курс повышения квалификации, курс профессионального макияжа для иностранных студентов, на него приезжают мастера из разных стран. Есть курс причесок, и курс индивидуального макияжа. И, конечно – мои выездные мастер классы по всему миру.

АА: Стать визажистом – это дорого. Это миф или реальность?

ФШ: Реальность. Но все относительно. Расходы на обучение быстро окупаются. Студентки, еще не закончив учиться, берут за свадебный макияж около 650 шекелей.

Наша школа сотрудничает с министерством труда и министерством репатриации и интеграции, для репатриантов до 10-ти лет в стране предусмотрена  субсидия от этих министерств. А солдатам, которые закончили срочную службу – государство полностью оплачивает курс.

АА: А сколько можно заработать в этой профессии? Если не быть звездой, а просто ездить с чемоданчиком или принимать клиентов в студии?

фото Natia Dundua

ФШ: Можно заработать больше чем те кто их учил. 10000 шекелей и больше.

АА: Чем отличаются визажисты из мира высокой моды, которые работают с моделями для дефиле или для рекламы от тех, кто красит маму жениха на свадьбу? Нужны ли какие-то специальные навыки? Это другая каста?

ФШ: Да это другая каста. Проблема, если визажист специализируется только в какой то одной области. Он тогда начинает штамповать. Если он работает только  в креативном макияже, то тоже плохо, он работает с моделями и отучается от более сложной работы. Ведь у клиентов редко бывают модельные лица, с клиентом работать сложнее. Частный клиент – это всегда экзамен. Раз в месяц я обязательно делаю свадебный мейк-ап частному клиенту, чтоб быть в форме.

фото Natia Dundua

АА: Какие направления профессии существуют? Фешн, реклама, свадьба… продолжи!

ФШ: Театр, опера, балет, кино, шоу программы, боди-арт, цирк, конкурсное направление, каверы журналов (обложки журналов, прим. редактора),  – всего около 12 направлений работы. А в заработке есть еще такая вещь, как авторские гонорары от шоу.

АА: Кто лучший друг визажиста? Из каких отраслей приходят те, с кем выгодно двигаться вместе и стоит сотрудничать?

ФШ: Парикмахер, фотограф, который чувствует портрет…

Не скажу о профессии, скажу о личных качествах: хорошо, когда ваш партнер – человек ищущий, умный, интеллигентный, интересующийся новым.

АА: Почему ты выбрал эту профессию? Она первая, кстати? Или у тебя завалялся диплом физика?

ФШ: Профессия меня выбрала. Это был маркетинговый ход от Муля Центр. Они поставили красивое фото театрального грима на улице, возле входа в свою школу. И я зашел…

фото Natia Dundua

АА: Раз уж говорим о тебе, а не только о школе, то скажи, пожалуйста, с кем из знаменитостей было приятнее всего работать? Они сложные, эти люди, много сказок на их счет…

ФШ: С Зайцевым, удовольствие с ним работать. Синергия возникает. С Орбакайте. С Гвердцители – аристократизм из нее исходит. Большинство селебрити очень приятны в общении. Но нет проблем красить любого, у меня нет раболепия.

АА: Ну, самый волнующий наших читателей вопрос: тренды? Что модно? Что просить сделать на праздник? Что купить?

ФШ: Модно следующее:  Осветленные брови. Также изменились направления наложения румян – с виска выше брови и на щеки. Чистая, ухоженная, сияющая кожа – тренд 18 года. Ухоженность, а не накрашенность. Индивидуальность. Трнд – не быть в тренде. Ломать стереотипы.

 На праздник: не перегружать лицо, тон не должен быть заметен, подчеркнуть достоинства и убрать недостатки. Почти ничего не изменилось.

АА: А веснушки? Стало модным рисовать веснушки?

ФШ: Веснушки можно рисовать девушке до двадцати пяти лет, но если девочке за сорок, веснушки могут выглядеть, как пигментные пятна. Веснушки после сорока – можно думать об осветлении, если они серокоричневого цвета.

Купить пилинг!!! И праймер!!!

Можно было бы сказать про красную помаду, которая подходит всем. Она не выйдет из моды. Красный – это сигнал: вот она я, здесь!

Но красный подходит только когда кожа готова: ухожена, когда зубы без желтизны.

И очень красиво красная помада смотрится  на возрастном лице. Седина в моде, короткая стрижка. Эти «девчонки» на неделях моды дадут фору молодым.

Мы желаем Феликсу Штейну и его великолепной школе процветания, новых филиалов и достойных учеников!

Записаться на курсы и узнать подробную информацию можно здесь:

http://www.felixshtein.com/

             Израиль, Тель-Авив, ул. Гершон 4

           + (972) 77 4142007

Стань мастером визажа и приходи в мир красоты, моды и рекламы!

А я не удержалась и сфотографировала один потрясающий проект Феликса…

Покажу вам, но никому не говорите!

             

Angela Angel
Angela Angel

Fashion редактор